ТВОРЧЕСТВО. ЖИВОПИСЬ.
Художник является современным последователем русского авангарда 1920-х — 30-х годов ХХ века, выработал свой неповторимый колорит и стиль письма.
Живопись его – яркая, многоцветная, свободная. В ней просматривается глубокая основа, какая-то мощь, которая заключается в простоте образов, их правдивости и в манере письма, основанной на сильных продуманных колоритных мазках. В любом случае впечатление от просмотров остается надолго, будоражит воображение, несет всплеск энергии и желание самим начинать творить. «Его мощная напряженная живопись кажется самой стихией, которая выплеснулась на холст помимо воли художника…» (Искусствовед ГРМ С.М. Жаворонкова). По работам художника мы видим, что он обладает глубокой, впечатлительной, переживающей натурой, рожденной природой русской земли с ее многовековой культурой народного творчества, духовностью русских святых, добротой народа. «В творчестве О. Захарова тесно переплетаются фантастические образы и реальность. Опираясь на народные традиции и традиции художников начала века, он создает необычайно богатый красочный мир образов», — цитата статьи С.М. Жаворонковой.
Работы художника различны по технике, неожиданны в решениях, оригинальны по исполнению. Иногда это серии произведений, отточенные в одной технике. Затем художник оставляет отработанный язык одного полотна, чтобы найти новые возможности выражения образов в других. Везде виден поиск – поиск в оттенках цвета, в графике, в техниках, в словах, в идеях, в материалах.
Его искусство находится на стыке реального и нереального, содержит как фигуративные так и абстрактные произведения. Сам художник говорит об этом так: «Всегда за реальным смыслом стоит нечто абстрактное, это абстрактное – нечто иное, чем состояние, это – душа. Отвлеченность – высший смысл реальности. Отвлеченность творчества очень важна для свободного владения темой». (О.Захаров).
Что касается фигуративной живописи, то «надо сказать, что для творческой манеры художника характерны отказ от четко организованных пространств, введение элементов графики в живопись, яркая образность персонажей… Полотна его отличаются цветовой насыщенностью и щедростью в подборе красок. Они очень редко решены в одной цветовой гамме, и неожиданность сочетаний цветов дает удивительную эмоциональность и напряженность композиции». (Искусствовед ЦВЗ Татьяна Субботина.)
На протяжении своей сорокалетней профессиональной деятельности художник менял свое отношение к живописи, экспериментируя всегда с техникой и стилями в надежде найти наиболее правдивые способы выражения глубоко заложенного смысла. Сначала это был реализм. «В детстве я очень много рисовал. Все рисунки, акварели, гуаши, масляные на картоне, на промасленных листах или грунтованных желатином и водоэмульсионной краской – все хранилось в комоде. Ящики невозможно было открыть из-за огромного количества работ… В то же время я чувствовал, что люди не понимают моих страданий, моего плохого здоровья, моих мучений, связанных с самой жизнью творчества. Но весь этот 15-ти летний трудовой путь ребенка закалил меня в самой сути жизни творческого человека». (О.Захаров, «Раннее творчество. Из воспоминаний», 2017г.).
С 1981 года он знакомится с новыми направлениями современной живописи. Ищет любую информацию о музеях современного искусства, читает новые книги по искусству. «Приехав в Петербург, я встретился лицом к лицу с шедеврами мировой живописи, смотрел Рембрандта, Тициана, Веронезе, Пикассо, Кандинского и еще многих других великих, у которых учился видеть. Забывались все унижения и горести, хотелось одного – взять кисть, краски и погрузиться в мир рождения своей ни на кого не похожей живописи, живописи яркой, сочной, не умирающей, но побеждающей». (О.Захаров).
Художник относит свои работы то к «символизму» («Прорыв», 1985г.), то к «стихийному реализму» («Крокодильник», 1996г.), то к «духовному реализму» («Странник», 1994г.), иногда называет свои картины «живописью по наитию».
Первую крупную работу в стиле абстрактного импрессионизма «Солнцеворот земли» Олег Захаров создал в 1989г. Чередование красочных мазков, расположенных хаотично на холсте, являет собой необычайную пластику образа внешнего мира и в то же время внутреннего мира художника.
Особенно О. Захаров раскрылся как художник – абстракционист, когда отказался от публики и начал серьезные исследования в своей мастерской в Лисьем Носу. Следуя «Принципам настоящего искусства», определенным в статье в 1994 г., он весь без остатка отдается чистому искусству, пишет полотна больших размеров в стиле абстрактного экспрессионизма — «Симфония водопада», «Одиссея цвета», «Осенний клубок». Вот как автор описывает свою жизнь художника в мастерской в это время:
«… Художник бушевал в студии, он красил кистями холсты, создавая ему нужную гамму, потом вдруг доставал мастихин и начинал снимать красочный слой, выискивая красоту в оставшихся на холсте оттенках. Иногда он так расходился, что просто рукой пробивал работу насквозь и брался за эскизы. Эскизы были всюду, где он работал, иногда ими он топил печь.
Именно в этот период он решает писать работы сериями. Первая серия «Квадраты» была выполнена в 1991 году в стиле геометрического абстракционизма и состояла из 9-ти работ размером 79х80. В это время автор экспериментировал с цветовыми мазками, исследуя гармонию смешения цветов, определяя законы цветовой культуры. Это были — «Рисунок, брошенный в архитектуру ветра», «Протяжная песнь угрожающего горизонта», «Крест», «Одиночество в честь точки», «Замкнутый мир реальности», «Прыжок зеркального зайчика в четвертом измерении», «Портрет городской любви в интерьере», «Пляска пригородной электрички», «Окно неравномерности». Всю серию можно воспринимать как созданные художником справочные таблицы по колористике и теории цвета, идущей в разрез с академической.
Являясь последователем русского авангарда начала 20-го века, изучив труды таких мастеров абстракционизма как В. Кандинский, К. Малевич, М. Шагал, он пошел дальше абстрактного неопластицизма, исповедуя полную свободу творчества в живописи как средства самопознания. Главный смысл его абстрактных полотен заключается в исканиях знаковой закономерности для построения композиции. Известно, что концепция пересекающихся под прямым углом линий является знаковой системой для художников 20-го века. (Статья Соч.: Plastic Art and Pure Plastic Art and Other Essays. N.Y., 1947. Лит.: Seuphor M. Piet Mondrian. Life and Work. N.Y., 1957). Все крупные художники авангарда считали квадрат новым символом в ХХ столетии. На основе его Казимир Малевич создал концепцию супрематизма, а Василий Кандинский концепцию развития искусства на основе треугольника – священной геометрической фигуры для композиционной основы его произведений. Олег Захаров имеет давно осмысленную следующую точку зрения: «Свои произведения я строю по законам вертикали и горизонтали, по законам двух жизней, которые в конце концов пересекаются, и получается сюжет. Открытие сюжета – дело не легкое, это внутренний процесс, он происходит как бы в движении по осям координат. Душой и разумом производятся вычисления, и каждый раз отбрасывается ненужная информация. В результате этого поиска происходит кристаллизация формы, ее цветовое пробуждение. Мой опыт живописания подтверждает, что в окружающем нас мире есть Бесконечная душа и Бесконечный разум и время тоже имеет разум».
«Я не представляю, как можно писать красками и рисовать, или вообще заниматься творчеством в обыденном посредственном состоянии. Когда я беру в руки кисть, мне кажется, что все вокруг меня начинает шевелиться, а внутри просто холод и дрожь, как будто ты торжественно завис в облаках над землей. Я думаю, что это не внешнее состояние, которое ты выдумываешь, наблюдая за собой, а скорее внутреннее ощущение дистанции, высоты, до которой изо всех сил хочется взлететь. Отсюда моё абстрактное ощущение в живописи. Порой я не осознаю внутреннего потока живописной информации, это идет от сильных впечатлений увиденного в реальности: закаты, отражения, блики, вся лепота мира вместе с людьми, архитектурой, картинами; и все это складывается в духовный камертон разноцветных мазков, ударов мастехином и всплесков фактур». (О. Захаров «Современное искусство глазами художника», 1995 год.)
Во время персональных выставок Олег Захаров старается на встрече со зрителем объяснить смысл написанных картин: «Принцип моего творчества очень прост, он не требует большого интеллектуального осмысления. Мое творчество – есть судьба человека, судьба дома, судьба жизни моей и окружающего мира». Таковы: «Дворянская» серия, животные, серия по Федотову, портреты современников, «Человеческое младенчество», отдельные полотна большого размера – «Грибники», «Дурачок со змеем». Два других крупных полотна «Осенний клубок», 200х300, и «Водопад», 200х300, связывают реальные образы с абстрактной живописью, дополняя друг друга, показывая мир с разных сторон во всем его многообразии – физическом, духовном, осязаемом и ирреальном».
Далее на одной из конференций со зрителями автор рассказывает, что «Троица» была написана накануне революционных выступлений в Прибалтике в 1991 году. «Ответное созидание на ощущение грядущей бури в обществе. Сначала были написаны несколько эскизов к картине. Но решение пришло совсем другое и как-то внезапно, как открывается истина…». «Для нас Бог закрыт покрывалом, нашим, собственным. Я закрыл Троицу покровом живописи трех цветов: желтым, красным, синим. Зритель не сможет снять этих покрывал, не сможет заглянуть даже в маленькую щелочку великой тайны. Он может уничтожить холст, но этим самым уничтожит всего лишь покрывала моей живописи, но не тайну. Тайна Бога, Пресвятой Троицы, Любви останется среди нас все равно, пока будет теплиться хотя бы маленький огонек веры в Отца, Сына и Святого Духа. Аминь. Царство Святой Троицы – это наша жизнь. Источником полноты совершенной жизни является Пресвятая Троица. Бог троичен в лицах. Бог – прост, и познать эту простоту – дело всей жизни человека. Через любовь сердечную и нелицемерную произойдет открытие этих покрывал, но не через чудеса…» (О. Захаров)
Следующие полотна фигуративного искусства он объясняет так. «Северное детство», 124х100, 1994г. «Детство как луч света, пропущенный через призму воспоминаний. Эксперимент в новой технике написания цвета и мазка». «Петушок», 124х100, 1995г. — «Эксперимент построения по моему методу «каркаса». «Петушок» — идея возрождения, надежда человека на рассвет всеобщего равноденствия. Это треугольник В. Кандинского, стремящийся в духовную высоту искусства, это незыблемый символ радости, зовущий вернуться к простоте русской души в мир ее древней природы. Из этой серии «Волки в городе», «Два медведя», 120х100, 1988г., — война и мир, это космос человеческой любви, где противостояние двух систем отношения к миру настолько соединены, что их единство является мотором огромного действующего организма». 1994 год – «Девочка с сачком», 73 x 80, х. м. «Инертная реальность. Эта вещь говорит нам, что мы живем в призрачном мире. В мире, где царят идеи земного и небесного, где материальное становится зеленым дымом кустарника и сам человек – идея, задающая вопрос, — быть или не быть. Только черная окружность сачка, как безысходная точка неуловимой пустоты, светит бесконечным светом надежды».
Как рассказывает художник позже, «С работы «Барин и старое дерево», написанной осенью 1988 года, была начата «Барская тема». Вышел я на нее, перечитывая Н.А. Гончарова «Обломов», «Обрыв» и т.д. Но это не иллюстрация к литературному произведению. Я всегда любил классическую русскую литературу и, конечно же, поэзию. Например, Батюшков как личность был для меня воплощением самой патриархальной культуры с ее благородством, простотой и романтическим величием, не говоря о Державине, Пушкине, Крылове, Мей и других. Но кроме идеи возвращения к золотому времени нашей эпохи была еще мечта показать самому себе и другим, что это время никуда не ушло, что проблемы всегда одни и те же – например, проблема мужчины и женщины, остаются сутью человека и вечности».
«Тема «Петрушки» была начата и закончена в феврале 1995 года. Эта тема была для меня схождением в ад. Кажется, что я просто проиллюстрировал ее, но это не так. Петрушка для меня является сутью петровского прогресса, петровских реформ, которые до сих пор отражаются на лицах некоторых русских людей в виде жуткой улыбки и звериного оскала. Никакой внешней духовности, она где-то в глубине черных глаз, иногда голубеющих от любви к московской молочнице Параше. Примечательно, что когда я хотел изобразить Петрушку, избивающего доктора, я сам заболел из-за сильного отравления. Успел вызвать скорую помощь, приехал врач, но вместо медицинской помощи обокрал меня до копейки, воспользовавшись моим бессознательным состоянием. Хорошо, пришли знакомые, соседи и тот час отправили меня в больницу. Вот так воображаемое становится реальным. А попал я в больницу, бывший роддом № 4 на проспекте Щорса, так что после «Петрушаны» пришлось родиться заново». (О. Захаров)
В 2019 году О. Захаров временно живет в Санкт-Петербурге и работает над серией произведений «Заброшка», или «Заводские развалины», «Бомбардировка Ленинграда во время блокады», «Лед на Неве».
По одной из картин художник создает видео композицию: